Выставки


ВЫСТАВКА СКУЛЬПТУРНОЙ КЕРАМИКИ ОЛЬГИ СКУБЧЕНКО ,,ОЩУЩЕНИЕ НЕБА,,



Время проведения: 4 июня — 4 июля 2021 года

Место проведения: отдел художественных ремёсел Музея-заповедника «Абрамцево»


4 июня 2021 года в залах отдела художественных ремёсел Музея-заповедника «Абрамцево» начала работу выставка «Ощущение Неба». Свои удивительные работы представляет художник, керамист, скульптор Ольга Михайловна Скубченко.

Ольга Скубченко родилась в 1961 году на Украине. Окончила отделение художественной керамики Абрамцевского художественно-промышленного училища имени В.М. Васнецова (1982), а затем — художественно-графический факультет Московского государственного гуманитарного университета имени М.А. Шолохова (2004). Сегодня она живёт и работает в Москве.

О. Скубченко — член Союза художников СССР (с 1986), Союза художников Российской Федерации (с 1989) и Союза художников Москвы (с 1993, секция АХДИ — Ассоциация художников декоративных искусств). Работает в области керамической скульптуры и церковной пластики. Основные темы её творчества: библейские и евангельские сюжеты, образы православных святых, сюжеты русских былин и духовных стихов.

Появление религиозных мотивов стало новым заметным явлением в современной российской керамике. В творчестве многих художников православная тема заняла важное место. Ольга Скубченко среди них стоит явным особняком, воплощая в своём творчестве культурную специфику русского народного православия. Художница обладает ярким и узнаваемым почерком, удивительным талантом раскрывать пластическими и изобразительными средствами мировоззрение, поэзию и философию так называемой эпохи «двоеверия». Она смело воплощает в объёме образы древнерусской пластики.

Подчёркнуто архаичные, фольклорные образы керамических произведений Ольги Скубченко — аллюзии на русскую средневековую деревянную скульптуру. Её персонажи как будто сошли к нам с порталов и фризов древнерусских храмов. В её работах органично уживаются наблюдательность, теплота, острая характеристика изображаемых персонажей и наивная манера исполнения. Подчёркивая чистоту и наивность, присущую древним образам, она не отказывает себе в тонких цветовых нюансах, но подчиняет в своих работах цвет и фактуру особому философскому замыслу. Конструктивная ясность и логическая простота, выразительные силуэты и цвет образуют лаконичные символические образы, способствуют живому, эмоциональному восприятию, приглашая нас, современников, к непосредственному общению с былинными персонажами.

А начинается история её творчества с того времени, когда Ольга совершила паломничество в Псков, на родину своей небесной покровительницы — Святой Равноапостольной великой княгини Ольги. Тогда дремавшие в её душе образы русских былин и духовных стихов стали настойчиво проситься в мир, требуя воплощения в глиняных формах и красках. Так в творчество художницы вошла Древняя Русь, так родились и сказочный «Егорий Змееборец», и «Никола Можайский», и вещая «Птица Гамаюн», и герои евангельского цикла, и стала раскрываться тема Пасхи, светлого Христова Воскресения — тихой радости, знакомой каждому верующему сердцу. По словам художницы, её Ангелы давно уже живут какой-то своей жизнью.

Ольга Скубченко — участница более 400 профессиональных художественных выставок разного уровня, международных симпозиумов керамического искусства, керамических биеннале, триеннале и других форумов керамистов по всему миру. Художница работала в доме творчества «Дзинтари», Доме творчества имени Д.Н. Кардовского в Переславле-Залесском, в творческих группах на Гжельском экспериментальном керамическом заводе Московского Союза художников (2000–2015), на Экспериментальном творческом производственном комбинате «Воронцово» Союза Художников России. Она член творческого объединения художников «Цех № 1» и постоянная участница выставок-форумов «Русь Православная».

Ольга Скубченко награждена множеством дипломов, грамот, Серебряной медалью Академии художеств России и Гран-при 16-го Сибирского фестиваля керамики (2020).

Её произведения представлены во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства, Сергиево-Посадском государственном историко-художественном музее-заповеднике, Донецком областном художественном музее, Раменском историко-художественном музее, Серпуховском историко-художественном музее, Национальном художественном музее Республики Саха в Якутске, Фонде Министерства культуры России, Государственном музейно-выставочном центре «РОСИЗО», а также находятся в частных собраниях в России и за рубежом.

В экспозиции выставки «Ощущение Неба» будет представлено около ста произведений скульптурной керамики, мелкой керамической пластики художницы. Выставка даст возможность зрителю окунуться в мир творческих исканий, фигуративных и тематических решений автора.






















ВЫСТАВКА ,,МИР ДЕТСТВА В РУССКОМ ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОМ ИСКУССТВЕ,,



Время проведения: 28 мая — 18 июля 2021 года

Место проведения: Поленовская дача Музея-заповедника «Абрамцево»


В Музее-заповеднике открылась выставка «Мир детства в русском изобразительном искусстве». В экспозиции представлены 32 произведения живописи и графики XIX — начала XX века из фондов Национального художественного музея Республики Беларусь. Они органично дополняются работами русских художников из коллекции Государственного историко-художественного и литературного Музея-заповедника «Абрамцево».

В экспозиции — произведения В. Тропинина, И. Хруцкого, В. Перова, В. Васнецова, Е. Поленовой, Н. Богданова-Бельского и многих других. Выставка организована в рамках соглашения между двумя музеями, подписанного в 2019 году в Санкт-Петербурге на Шестом форуме регионов России и Беларуси.

Подлинное открытие личности ребенка, особенностей его психологии произошло в русской культуре только в первой половине XIX века, в эпоху романтизма. Художники, работавшие в это время в жанре детского портрета, стремились к естественности и раскрепощенности в трактовке образов, с удовольствием подчеркивали «детскость» во внешнем облике и поведении своих героев. В это же время в русском обществе складывается культ семьи и семейных добродетелей и популярными становятся изображения матери в окружении детей.

Во второй половине XIX века под влиянием демократических тенденций детская тема в искусстве обрела социальную окраску. В живописи художников 1860–80-х годов главными героями стали дети из беднейших сословий. Художники зачастую использовали детский образ для того, чтобы повысить обличительную силу своих произведений.

В живописи рубежа XIX–ХХ веков художники нередко совмещают жанры, в таких работах дети являются одновременно и символом, и проводником восторженно-очарованного восприятия жизни.

Возможность сопоставления разных точек зрения на личность ребенка и тему детства — главное достоинство выставки.

Представленные на ней произведения призваны напомнить зрителю, что ребенок во все времена — значимый символ непресекаемости бытия, а значит и вечности мира.




























ВЫСТАВКА ,,АВТОПОРТРЕТ,,



Зал автопортрета в экспозиции «Абрамцево. Искусство XX века» возник неслучайно. Именно этот жанр прочно и настоятельно заявил о себе в абрамцевских современных коллекциях живописи, графики, гравюры. Абрамцевские художники — наши современники — передавали (и передают) в собрание свои автопортреты. Аналогичный процесс наблюдался (и наблюдается) в галерее Уффици (Флоренция). Кроме шедевров мастеров Возрождения, Уффици знаменита своей коллекцией автопортретов, которая находится в так называемом «Коридоре Вазари» и насчитывает около 1500 картин. Начало коллекции положил в XVII веке кардинал Леопольдо Медичи. Будучи любителем искусства и меценатом, он купил для музея большую коллекцию автопортретов старых мастеров, хранившихся в римской Академии Святого Луки. В течение нескольких веков коллекция постоянно пополнялась.

Основным источником обновления коллекции были, конечно же, сами художники. Иногда руководство Уффици через Флорентийскую Академию художеств делало им заказ — написать автопортрет для галереи. Получить такой заказ для художника было почётно. Но чаще сами художники преподносили свои автопортреты в дар музею, понимая, что попасть в коллекцию Уффици значит — попасть в вечность (в человеческом разумении). Радостно и гордостно от того, что среди корифеев живописи в «Коридоре Вазари» есть и русские имена: Орест Кипренский, Иван Айвазовский, Борис Кустодиев, Алексей Исупов, Виктор Иванов, другие. Из абрамцевских художников — Андрей Лысенко и Николай Ромадин. Существует эссе «Об автопортрете» Николая Андронова. Эссе опубликовано в каталоге «Николай Андронов. 1929–1998. Выставка произведений из собраний Государственной Третьяковской галереи и семьи художника. К 75-летию со дня рождения». В нём художник касается истории жанра, его проблематики и жизни автопортрета в русской живописи:

«Думаю, что история автопортрета имеет прямое отношение к феномену индивидуального сознания и осмыслению его. Как область творческой реализации индивидуальности автопортрет уходит в глубь веков.

Отправляясь на охоту, с вожделением и надеждой рисуя, царапая предстоящее событие, среди своих сородичей первобытный художник должен был, видимо, изображать и себя. Не портретно, не осознанно. Может быть, там надо начинать искать первые проблески автопортрета.

Мы не знаем и распознать не можем среди анонимных и групповых портретных изображений в древнем искусстве Египта или Греции персонифицированного облика автора. Но предполагая процесс осознания личностью художника своего индивидуального ‟я”, по-моему, должны предположить и возможность автопортретной формы. Запрещение религиями изображения простого смертного, естественно, должно было вызвать подсознательный протест художественного инстинкта, и скорее всего он мог вылиться в автопортрете, пусть и в очень зачаточной форме.

В раннехристианском или средневековом искусстве мы встречаем в самых разных композициях персонажи, как бы удостоверяющие подлинность изображённого события. Удивительная живость взгляда их на зрителя, заставляющая меня поверить в это авторское, возможно, свидетельство.

Монументальный и величественный стиль искусства Византии, утверждая надындивидуальность, вроде бы исключает возможное проявление облика автора. То же в искусстве Древней Руси. Но не могу не поделиться своими реальными ощущениями: в Новгороде, в церкви Спаса на Ильине, не сам ли Феофан Грек смотрит на нас в облике праотца Ноя? Ещё ощутимее тревога общения с живым художником охватывает меня в Третьяковской галерее перед Спасом из Звенигорода, где предполагается авторство Андрея Рублёва.

Конечно, восточноевропейский Ренессанс, и его русский вариант в особенности, отличен от западноевропейского. В области портретных форм это различие культур проявляется, может быть, особенно остро. Если в XV и в XVI веках в Западной Европе портрет вообще и автопортрет в частности получают самое широкое распространение, а XVII век являет нам кульминацию проникновения в человеческую душу в автопортретах Рембрандта, то в русском искусстве тех же времён автопортрет вроде бы вообще отсутствует. Но отсутствует как ясно видимая категория, а не как явление и процесс, совершающийся в глубинах художественной культуры. При всей анонимности творчества на Руси в ту пору в искусстве этом есть одна, на мой взгляд, главная черта. Я имею в виду тот лирический монументализм, которым проникнуты росписи русского проторенессанса Спас-Нередицы. Наибольший расцвет, новые качества получает «лирический монументализм» в том искусстве, которое мы называем искусством Андрея Рублёва.

У него, а затем, в последующее время, у строгого математика колорита Дионисия мы видим лица и лики, заставляющие, мне кажется, вести поиски корней русского автопортрета, его отличительных особенностей не только в традициях европейского портретного искусства, но и в глубокой лирике древнерусской живописной пластики. Иконы и парсуны XVIII века, возможно, помогут проследить глубинную неразрывность исторического пути русского портрета и автопортрета.

Здесь я хочу остановиться и сказать, что всё это я говорю с целью как-то объяснить своё убеждение: автопортрет — явление не какого-либо этапа в искусстве, его существование обусловлено не только стилевыми эпохами, автопортрет носит характер объективно необходимого явления в художественном творчестве и существует в нашем ремесле издревле».

В зале автопортрета представлены произведения абрамцевских художников разных лет: самое раннее датировано 1923 годом (Алексей Кравченко «Автопортрет»), самое позднее — на сегодняшний день — написано в 2019 году (Валерий Бабин «11 октября»).

Автопортреты эти говорят о многом. Они знакомят с духовным обликом авторов, творческий темперамент их предстаёт перед нами в художественном свидетельстве, трудно переводимом на словесный язык, а творческая концепция художника в автопортрете становится наиболее наглядной, как бы помогает прочесть эстетические стремления времени (эпохи).

Сугубо интимное выражение личности проявляется в автопортретах самого Николая Андронова («В избе» 1985, «Автопортрет у окна на озере» 1990). Некая условность парадоксальным образом работает на реальную объективность характеристики собственного облика, а удивительная и проникновенная поэтизация женского образа в двойном портрете подтверждает мысли художника о неизбывности лиризма в русской живописи.

Методов и способов работы над автопортретом существует много: посредством зеркала (Борис Иогансон, Евгений Кацман, Николай Кузьмин), сложное сочинение композиции (Виктор Попков, Кирилл Мамонов, Валентина Куцевич), по воображению (Сергей Горяев, Мария Андронова) или свободной фантазии (Наталия Егоршина, Андрей Красулин).

Процесс работы над автопортретом вынуждает художника к некоторому раздвоению: холст с собственной персоной, стоящий перед ним на мольберте, пишется подчас от второго или даже третьего лица. Художник при этом невольно глядит на модель как бы со стороны, настраивая себя на максимальную объективность.

Взаимоотношение психологизма портрета и возможной его документальной верности выражены в автопортретах Виктора Куколя, Александра Березина, Татьяны Малюковой.

Непохожи друг на друга (внешне) автопортреты Леонида Писарева. Секрет этого несходства кроется в глубоком анализе, в стремлении художника к психологической достоверности. Само внешнее несходство открывает тенденцию непрерывного поиска правды, а не элементарного правдоподобия факта.

Романтический идеал, возвышенная мечтательность и жизнелюбие воплощены в автопортрете Алексея Шмаринова. В нём молодой ещё художник (автопортрет 1950-х годов) выразил синтез своих эстетических и душевных устремлений, в нём — темперамент увлечений и жажда совершенства великих мастеров прошлого.

Фантазия, воображение и зрительная память — в автопортретах Николая Соколова, Виталия Горяева, Александра Первухина. Равно как и тончайшие психологические характеристики, разнообразие изобразительных ситуаций.

В автопортрете Евгении Малеиной жизненные, бытовые характеристики находятся в естественном единстве с передачей поэтичного мира. Волнующая экспрессия чудесного таланта сказалась в автопортрете Михаила Иванова.

Точность формы и, главное, непосредственность видения создают живое поле автопортретов этих разных художников, отмеченных даром Божьим.

Николай Андронов назвал автопортреты разными обликами одной души: «Парадокс автопортрета заключается, на мой взгляд, в перевоплощении автора в создаваемый им образ. И нередко художник в стремлении к психологической правде прибегает к самым различным, неожиданным приёмам». Разнообразие форм и живописно-пластических концепций обнаруживает абрамцевская выставка автопортрета. Всё это имеет очень близкую связь с практикой сегодняшнего дня.


















ВЫСТАВКА ДЕТСКОГО ТВОРЧЕСТВА ИЗ ДОНБАССА К 200-ЛЕТИЮ НЕКРАСОВА



Время проведения: 21 мая — 10 июня 2021 года

Место проведения: флигель «Людская» Музея-заповедника «Абрамцево»


21 мая 2021 года в Музее-заповеднике «Абрамцево» состоялось открытие выставки детских рисунков из Художественного музея «Арт-Донбасс» (Донецк). Открытие прошло во флигеле «Людская» в Абрамцеве, где развёрнута экспозиция. Выставка приурочена к 200-летнему юбилею со дня рождения Николая Алексеевича Некрасова.

На открытии выступила директор музея «Арт-Донбасс» Екатерина Калиниченко. Она говорила о том, какая планомерная работа с детским творчеством ведётся в возглавляемом ею музее. Регулярно, как правило, дважды в год, проводятся конкурсы детского рисунка по мотивам русской классики. Один из предыдущих конкурсов был посвящён творчеству А.П. Чехова, и его тоже представляла в Абрамцеве выставка «Чеховский мир». А на этой представлены работы победителей конкурса «По мотивам произведений Н.А. Некрасова». Всего в конкурсе участвовали рисунки 239 детей из 35 учебных заведений Донецка, Макеевки, Горловки, Шахтёрска, Зугрэса, Ждановки, Юнокоммунаровска, Снежного и Енакиево.

Заместитель по науке директора Музея-заповедника «Абрамцево» Елена Митрофанова рассказала о давней культурной связи Абрамцева с Донбассом, где С.И. Мамонтов строил знаменитую Донецкую каменноугольную дорогу. От имени Абрамцевского музея она тепло поблагодарила донецких коллег за замечательную экспозицию.

Затем гости из Донецка осмотрели музей «Абрамцево».

Это уже третья выставка в ходе культурного обмена между двумя музеями. Кроме двух экспозиций из Донбасса в Абрамцеве, была также выставка в Донецке исторических фотографий из абрамцевской коллекции. Это плодотворное сотрудничество успешно развивается благодаря соглашению, ранее заключённому между двумя музеями.

























ВЫСТАВКА ,,Т.И. СЕЛЬВИНСКАЯ. ДИАЛОГ С МАЛЕВИЧЕМ,,



Место проведения: Отдел «Абрамцево. Искусство XX века» (Цокольный этаж)


Татьяна Ильинична Сельвинская — живописец, сценограф, поэт. Заслуженный деятель искусств России, Лауреат Государственной премии России.

Родилась в Москве 2 ноября 1927 года в семье поэта Ильи Сельвинского. 1953 год — окончила Московский государственный художественный институт им. В. Сурикова. 1954 год — член МОСХа. 1964 год — член ВТО, ныне Союз театральных деятелей.

Учителя — Роберт Фальк, Александр Тышлер, Михаил Курилко-старший.

1954 год — первая выставка. 1956 год — первый спектакль. С 1956 года — более 150 спектаклей в ведущих театрах Москвы: Театр на Таганке, Ленком, театр им. В. Маяковского, театр им. Е. Вахтангова, театр им. А. Пушкина, театр им. Е. Симонова, ТЮЗ, РАМПТ, театр Советской Армии, а также в городах Советского Союза — от Одессы до Магадана.

Работала с режиссёрами: Н. Охлопковым, П. Фоменко, М. Левитиным и другими.

Начиная с 1956 года — участник всех республиканских, зональных, московских выставок в Манеже, Москва. Участник почти всех театральных выставок «Итоги сезона», Москва, квадриеннале в Праге, биеннале в Сан-Паулу, Бразилия, триеннале в прибалтийских республиках.

1966–1978 — заведующая театральным отделением МГХУ памяти 1905 года, выпустила более 100 учеников.

Выпустила шесть сборников стихов.

«Диалог с Малевичем» — название выставки живописных произведений Татьяны Сельвинской, объединяющей серии «Диалог с Малевичем», «Ритмы жизни», «Художник», «Три Арт». Картины написаны в 2019–2020 годах.

Казимир Северинович Малевич (1879−1935) — основоположник супрематизма, направления в живописи, возникшего в 1910-е годы в России. Супрематизм — искусство, пришедшее на смену кубизму. Если передача трёхмерности натуры схематизированными объёмами называлась кубизом, то супрематично изобразить природу — значило взять от неё только цвета, заключить их в двухмерную плоскость и подчеркнуть простыми формами (квадратом, кругом, треугольником) самостоятельность цвета. «Supremus» — превосходный, что, по мысли супрематистов, приравнивалось к господству живописи над натурой.

Татьяна Сельвинская к своим беспредметным композициям относится не как к символу, а как к художественной форме. Пластический опыт Малевича на каком-то этапе показался ей интересным в решении красочных задач. Простые формы: прямые и круглые плоскости, без всякого содержания, — помогают Сельвинской быть свободной в искусстве цвета.

Холсты полиптиха «Диалог с Малевичем» (2019) построены в чистом живописном ритме (не путать с интеллектуальным ритмом, вопрос «что?» в данном случае не работает). Художник передаёт движение цветовой массы (радуги) и оперирует языком цветоформ, что само по себе близко к супрематизму. Сельвинская являет свой закон созвучности форм и цветов, свой вариант тяготения форм и цветов друг к другу, зависимости одних от других, гармоничности, ритмичности и контрастов.

В сериях «Художник», «Ритмы жизни», «Три Арт» (2020), балансирующих на грани беспредметности, Сельвинская также уходит с пути рассказа. Не реальный объект или явление в природе, как оно есть или было в действительности, а блестящая красочная гамма, которая звучит как музыка, и композиционный ритм, пробуждающий ассоциативное воображение, предлагаются художником зрителю.

Татьяна Сельвинская склонна к афоризмам, и однажды она сказала: «Мои великие предшественники — Коровин, Головин, Серов — внесли в театр живопись. Я же — в живопись вношу ТЕАТР».

Живопись Сельвинской легко и просто «играет в театр», потому что по природе своей, в самых своих началах она театральна. Можно сказать иначе: театр Сельвинской никогда не существовал отдельно от её станкового творчества, был не периферией живописи, но её продолжением и естественным развитием. Точно так же в живопись художника всегда входил театр: отнюдь не одними сюжетами и темами, но сутью своей и природой.

Последние по времени написания серии живописных работ — не исключение. Они «театральны» в своей пластической сути. И вот ещё что следует сказать… Чем свободнее ощущает себя Сельвинская в своём собственном мире, чем выразительнее, индивидуальнее заявляет о себе её живопись, тем всё более и более к ней приближается искусство иных мастеров и иных эпох.

Путь к себе оказывается у художника одновременно и путём к мировому искусству. При этом Татьяна Сельвинская (Тата, как любовно называл её отец Илья Сельвинский, и следом — все добрые друзья) не цитирует, не копирует, не подражает шедеврам. Здесь диалог, здесь воображение, и главное — здесь мир художника, готовый вместить в себя миры других творцов.





















 

 

 

АРХИВ СТРАНИЦЫ